Самый пиздатый развлекательный ресурс... fishki превратился в какое то УГ, имхо.

Cлучай с гроссмейстером Владиславом Ткачевым, заснувшим прямо за шахматной доской во время партии с индийцем Правином Кумаром, навел «РР» на мысль проверить, не бывало ли чего-то похожего в других видах спорта Бывший москвич Ткачев, давно выступающий за Францию, не единственный шахматист, игравший подшофе. Этим прославился швед Гидеон Штальберг, профессионально поддававший во время соревнований. В начале 1960−х на турнире памяти Касабланки, организованном в Гаване Че Геварой, он уселся играть против Марка Тайманова, выкушав бутылку коньяка и обильно залив его пивом. Взбудораженный шахматист начал партию очень сильно, но, когда ошеломленный натиском соперник уже был готов сдаться, впал в ступор и сделал нелепымй ход, позволивший Тайманову добиться ничьей. Но если Штальберг был всегда известен своим пристрастием к алкоголю, то Ткачев, как утверждают знающие его люди, лечится крепкими напитками от депрессии. Это же «лекарство» использовал и российский легкоатлет Иван Ухов, на следующий день после своего выступления на этапе Гран-при в Лозанне проснувшийся знаменитым, но с сильнейшей головной болью. Видеокадры его тщетной попытки одолеть высоту в стельку пьяным позабавили весь мир. Никогда не бравший в рот ни капли Ухов просто сорвался: неудачи преследовали его с лета 2008 года, когда ему не удалось попасть в олимпийскую сборную России.Хорошо хоть Ухов тогда избежал дисквалификации и в 2009 году даже завоевал титул чемпиона России и стал лучшим среди прыгунов в высоту в Европе на соревнованиях в закрытом помещении. А вот американский гольфист Джон Дэйли, пытавшийся противостоять неудачам при помощи виски, великолепно начав свою карьеру, в конце концов перестал попадать в лунки даже с самых выгодных позиций. Что было тому причиной — алкоголь или невезение, — знает только сам Дэйли. Спортсмен трижды лечился от алкоголизма в американских клиниках, столько же раз разводился, а тренеров вообще менял как перчатки. Согласившийся было поработать с ним Батч Хармон, известный тем, что одно время тренировал звезду гольфа № 1 Тайгера Вудса, быстро отказался от Джона, заметив, что «в жизни самым важным для него является выпивка». Впрочем, в историю Дэйли все-таки вошел, но не благодаря своим достижениям на соревнованиях, а с помощью названного в его честь коктейля: 50 граммов виски Jack Daniel›s, такое же количество текилы Jose Cuervo и чуть-чуть диетической колы и пива. О дурных наклонностях регбистов, хоккеистов, баскетболистов и игроков в американский футбол написано немало. Но пальму первенства по числу любителей выпить в коллективных видах спорта уверенно держит футбол. Возможно, потому, что им занимается гораздо больше народа. К тому же в футболе по давно заведенной традиции молодые игроки в обязательном порядке принимают участие в традиционных «командных мероприятиях» после матчей. Защитник лондонского «Арсенала» Тони Адамс, вынужденный обратиться за помощью в Общество анонимных алкоголиков, как раз пристрастился к выпивке с подачи старших товарищей по команде.

Никогда не забуду мой первый ночной полет - это было над Аргентиной, ночь настала темная, лишь мерцали, точно звезды, рассеянные по равнине редкие огоньки. В этом море тьмы каждый огонек возвещал о чуде человеческого духа. При свете вон той лампы кто-то читает, или погружен в раздумье, или поверяет другу самое сокровенное. А здесь, быть может, кто-то пытается охватить просторы Вселенной или бьется над вычислениями, измеряя туманность Андромеды. А там любят. Разбросаны в полях одинокие огоньки, и каждому нужна пища. Даже самым скромным - тем, что светят поэту, учителю, плотнику. Горят живые звезды, а сколько еще там закрытых окон, сколько погасших звезд, сколько уснувших людей... Подать бы друг другу весть. Позвать бы вас, огоньки, разбросанные в полях, - быть может, иные и отзовутся.

p.s. чето я нажрался

прямо какаято весна. и нет тут ни молодсти ни старости - оно есть вообще, существует, вне откуда и в никуда.

Просто as is

Как Дон Кихот Ламанческий, что вечно атакует ветряные мельницы, с такой же самой бесполезностью под названием вечность. И таких Ламанческих сколько их будет и было. И такая радость в этой мелодии, что все так есть и что так все будет и так будет вечно, до тех пор пока земля не взорвется и до тех пор пока человек будет существовать на земле. И жизнь как-то от этого очень сильно раскрашивается. Радостью всей этой, всего этого завтра беззаботного.

Идешь порой по подземному переходу и стоят ребята студенты из гнесинки и играют музыку, а она акустикой ползет среди шагов людей, незаметно как-то и прибавляет тревожности восприятия всего этого нахрен никому не нужного мира