Кто же атакует нас завтра, кроме нашей собственной безмозглости?

Историю вам явно запретил кто-то учить.

> Во-первых нет, во-вторых не из-за зрелищ явно.

ткни мне пальцем в среднестатистическое быдло, которое бы было против "быстрой победной войны" (надеюсь, фраза вам знакома)?

> Не государство как таковое, церковь, но суть не меняется.

разумеется, меняется. можно провести аналогию между церковью (вы ж о христианстве?) и строго тоталитарным государством: та же крутая вертикаль власти, каста "неприкасаемых", культ пророка, в конце концов. таких государств щас на карте не наблюдается, нет? и образованы они смогут быть только в случае какой небудь жуткой угрозы извне, например, там ледники расстают и во всем мире останется питьевой воды на полмиллиона населения. иначе я не могу представить, чтобы большой бизнес поддержал становление такого гос-ва. хотя.. этот кризис...

Остается надежда, что если таки во всем мире воцарится единый тоталитарный режим, найдутся люди, готовые пожертвовать положением ради его скорейшей дискредитации и разрушения. ну и да воцарится анархия!

Просто характерные очень вещи, где бы их не встречал всегда как-то похожи по стилю :)

>Ну и меньше пафоса

Наверно вы правы, мне другие тоже об этом говорили.

>технарские потуги на фантастику

Улыбнулся. =)

Во-первых нет, во-вторых не из-за зрелищ явно.

> не могу представить себе ситуацию, когда бы государство законодательно запретило науку

А средневековье? Не государство как таковое, церковь, но суть не меняется.

Больше объём нужен, намного больше. Ну и меньше пафоса и вырванных из контекста фраз.

не с точки зрения лит-ры, разумеется. с какой стати, ставится на один уровень протесты против войны и науки? имхо быдло вовсю поддерживает войны, "зрелищ и хлеба!", так сказать.

не могу представить себе ситуацию, когда бы государство законодательно запретило науку, но чисто теоретически, я бы тогда ушел в подполье, да.

>.. степень, в которую надо возвести основание, чтобы получить число...

это ты пошутил, да?

Поэтому я ссылку в википедию и привёл.

это как?

Ну некоторых убить, а тех кого в плен взяли - переучить на свою сторону. :)

>Вот блин, а я-то думал тебе в духовной семинарии задали написать текст, обличающий преступления образованцев =)

Ну да, двояко текст можно понять. Это даже скорее не обличение кого-либо, а просто гипотетическая ситуация - что-то доведённое до абсурда.

Я думаю, что подобный подход к обучению матану малоэффективен: "когда я в первый раз, видя в прицеле чьё-то лицо, нажал на спусковой крючок"

> А вообще, я студент физики, если что. =)

Вот блин, а я-то думал тебе в духовной семинарии задали написать текст, обличающий преступления образованцев =)

А что касается "запытать и убить" - так ведь нет, это именно их и будут учить матану. Для кого ещё в конце звучал голос про логарифм?

А вообще, я студент физики, если что (если неясно с позицией автора в рассказе). =)

.. "поэтому каждый мог выспаться сколько хотел"

Так день-то был напряжённым или все спали? Если был напряжённым - то почему? Ведь единственное занятие образованцев на этот день вроде было лишь как обычно быстренько запытать и убить двадцать законопослушных граждан и всё.

Блин. Я после того как написал даже перечитывать не стал, просто закрыл редактор и всё. Так что текст невычитанный.

s/'Ничто не выдавало напряжённого дня.'/'Ничто не выдавало того, что день будет напряжённым.'

> Ничто не выдавало напряжённого дня.

Интересно как автор себе это представляет :)

Но в целом автору удалось донести свою идею, заключающуюся в том, что бездуховным людям со вредним техническим и выше образованием нельзя законодательно запретить приносить вред - тогда они уйдут в подполье и будут продолжать угрожать жизни и здоровью граждан.

(А не то, что вроде "кину на полуслове, потом допишу")

.. степень, в которую надо возвести основание, чтобы получить число...

- Стой! Пароль. - Индукция. - Проходи.

Часовой повесил обратно винтовку на плечо, я достал пачку сигарет и протянул ему. Всё-таки у нас была не армия, поэтому заговорить и перекурить папироску-другую с часовым у нас не каралось по уставу.

- Не устал после вчерашнего? - спросил часовой. - Да не, не впервой... - ответил я. - Много народу поймали-то? - Да человек 20, не больше. - Ого. - Да, давно так не везло. - И... Чё с ними собираетесь делать?

Что мы с ними будем делать... Вопрос конечно был немного наивный..

- Да как обычно, сказал я, сплюнув на землю.

Времени у меня больше не было, и попрощавшись с часовым я пошёл к своему шкафчику. Поворот ключа, скрип открывающейся металлической двери. Я перечитываю оставшиеся патроны, на всякий случай заряжаю магазин дополна. Моя полка ничем не отличалась от десятка других. Несколько фотографий дорогих людей, которых уже не суждено увидеть, какая-нибудь безделушка на счастье, пара книжек. Мой взгляд упал на одну из них, истрёпанную, зачитанную до дыр. Это был первый том курса дифференциального и интегрального исчисления Фихтенгольца.

Господи, когда же всё это началось...

———–

Это началось, когда они вышли на улицу с плакатами - "Вон из Вьетнама!". С плакатами "Остановите глобальное потепление!". "Долой гонку вооружений!". Это началось, когда они начали кричать "Долой гонку вооружений!", это началось когда они потребовали у государства отчёт о затратах на разработку ядерного оружия. Они спросили: "Зачем нам бомбы?". Зачем нам новое оружие - биологическое, химическое, радиоактивное? Зачем нам вообще нужны какие-то исследования? Зачем нам лаборатории, постройте лучше новые дороги! Новые, длинные, асфальтированные дороги по которым мы будем ездить в наших новых блестящих на солнце автомобилях.

И они добились своего.

Они радовались когда из бюджета исчезла статья о фундаментальных исследованиях. Им нравилось, что в университетах стало больше мест для историков, юристов, социологов. Их не волновали разорявшиеся НИИ. Да и вообще, разве их могло волновать обнижение школьной программы до уровня "сложения-деления"?

Законодательный запрет на ведение любой научной деятельности окончательно закрепил их победу. Это они заставили нас уйти в подполье.

Но я об этом и не знал, мне об этом рассказали другие, ведь я родился гораздо-гораздо позже. Значит для меня всё началось совершенно по другому? Может быть, в школе, на уроке "считания", когда моих родителей вызвали к директору за мой неловкий вопрос о том, во сколько раз длина окружности длиннее её радиуса? Или когда я не поступил в экономический университет, потому что слишком хорошо ответил на некоторые вопросы? На чердаке ли, когда разгребая старый хлам, я наткнулся на изодранный учебник по матанализу (за один факт обладания которым мне грозил немалый штраф)? Или когдав трамвае ко мне, читающему ту самую книгу, обёрнутую в самодельную обложку из газеты, чтобы никто не прочитал названия, ко мне, испуганно озирающемуся - не увидит ли кто? - подошли двое неизвестных и. подмигнув, попросили выйти поговорить на следующей остановке?

Или когда я в первый раз, видя в прицеле чьё-то лицо, нажал на спусковой крючок?

————-

Шум резко захлопнутой двери вывел меня из задумчивого состояния. - Рядовой, вы почему не приветствуете старших по званию? - Простите сэр, не заметил. Обещаю, это больше не повторится. Капрал прищурился глядя на меня, как будто пытаясь что-то вспомнить. - А это не вы отличились тогда на мосту? Лицо у вас знакомое. - Так точно, сэр! - Ваше имя, рядовой и из какой вы части? - Левицкий, третий стрелковый. Специальность - мат-анализ. - Ладно, может быть у меня получится выхлопотать вам пару дней отпуска. - Спасибо, сэр!

Проходя через соседнюю комнату с прибитой к стене доской и десятком деревянных лавок, я увидел группу перепуганных подростков. Судя по полной отрешённости в глазах они уже прошли обязательную промывку мозгов. "Эх бедняги," - подумалось мне, - "они и не подозревают что никогда уже не будут теми, что раньше." Мне не оставалось ничего, кроме как пройти к своей койке. Едва положившись на кровать, я быстро уснул. Сквозь сон до меня доходил только стук мела о доску и холодный, пронзительный голос капрала: "Логарифм - это..."